Знаете, говорят, на детей не обижаются. Особенно, если ты хорошая мама, и всегда находишь правильные слова для своего ребенка. Ну, значит, со мной пролет. Ну, и ладно. Я ее целую неделю просила, позвони, когда будете выступать, потому что конкретное время выступления нигде не написано, вы- кусок программы, никто не будет писать во сколько именно вы выступаете. Я так хотела посмотреть, что она умеет, на живой огонь, на их театр. Пусть бы меня не было видно, раз уж она стесняется меня. Я переживу анонимность. Но посмотреть так хотелось. А она не позвонила. Вообще, не брала трубку, как только вышла за дверь. И мы опоздали, приехали слишком поздно. А когда потом, от обиды у меня пропал голос (у меня это бывает), кричала на меня, что я сама виновата, что она мне перезванивала (через час, после того, как они отвыступали, мы там были, но видели только как они собирали реквизит), что надо поднимать трубку, что я сама во всем виновата, что нечего мне смотреть на их выступления, потому что она этого не хочет. Мне было плохо, даже плакала в машине, спасибо свет в салоне не горел, но мужчина все равно почувствовал, что я плачу. Молча, не всхлипывая и не заметно для Гарьки, который сидел на заднем сиденье, что бы он потом Джаме не говорил, что мама плакала из-за тебя. Она кричала мне: Мама повернись, когда я с тобой разговариваю! А сама, когда я хочу с ней поговорить о чем-то, что ей не по нутру, захлопывает перед моим лицом дверь так резко, что квартира вздрагивает. Она не понимает, что мне хочется просто видеть, какая она, даже не вмешиваться, просто посмотреть. И кричит, а потом хлопает дверью и уходит на всю ночь. Мне кажется, что меня не просто обидели, меня юзали как презик, когда ей было плохо и, как презик, игнорируют, когда я хочу хоть чуть-чуть взглянуть на нее, на то, что ей нравится, что она умеет. И все время я виновата. И только если в ней до фига пива, она может сказать мне вслух, что любит. Да, мне не надо слов, достаточно того, что она бежит ко мне, когда реально испугана или не знает что делать. Я такой лафы лишена. Мама- последнее место, где я буду просить моральной помощи, разве что материальной, и то не для себя, только для детей. Выдрессировала она меня. Давно и крепко.
Ладно. Это просто слова, меня попустит. Я снова буду спрашивать как у нее дела, радоваться ее хорошему настроению и вздрагивать от посылов, если у нее на душе кошки скребут или если забудусь и попрошу помочь по дому… Довольствоваться случайной информацией и помнить, что если будет жопа, она вспомнить что у нее есть мама. Пройдет. Все пройдет. Просто сейчас… хреново. А слова- это то, где я могу выплеснуть черноту… потому что все спят и брать в руки гитару не стоит… Еще разбужу мужчину… А он за неделю устал, как собака.
… Пройдет.
П.С. Обидные мысли, как блохи… Не дают спать, но не убивают… Сразу.
Москва