Глава 15
– Значит перестраиваемся. Я – вперед, Щит, ты поближе ко мне, не хватало, что бы зеркало слетело с руки в самый неподходящий момент. Потом- Амазонка. Замыкает – Арани. Раз они тебя боятся, значит, ты умеешь за себя постоять.
Ни слова поперек, перестроились, как киберигрушки, и движение вверх началось. Методично, толкая внутрь каждую дверь, вбивая в морды и туши, когда кулак, когда щит, когда лезвие, почти подсознательно реагируя на любой звук, отличающийся от звуков наших шагов (Арани я не слышу) и резких натужных вдохов, мы поднимаемся, поднимаемся, поднимаемся. Виток за витком.
Момент, когда я выпал на верхнюю площадку, как- то стерся. Понял только когда нога, автоматически поднявшаяся для преодоления следующей ступеньки, промахнулась- нет больше ступенек, и я чуть не рухнул на колени.
Прибыли. Абсолютно простая, как карман на плавках, комната, даже окон нет. И, тупо, одна дверь. Мы сбились в кучку в центре- отдышаться, подождать отставших гоблинов, вдруг кого-то пропустили, обделили вниманием, так сказать. Амазонка сложилась как карточный домик, Щит уронил свой посох-режик, согнулся в позе разбитого радикулитом кузнечика, уперся руками в колени. Я облокотился на чебурашку, как на высокую спинку стула, перекинув лапки через лезвия, и уперся в древко лбом.
Дышим. Хорошо почти. НЕ поднимаемся больше, но дышать, больно, однако. Только Арани не выглядит физически загруженной, может она и не переставляла ноги, так, левитировала, не знаю, не было времени остановиться и оглянуться.
– Эта дверь?
– Ну, да – расстеряно так – а что, видишь другие?
– Пошли.
– Дай отдышаться, командир.
– Не дам, может у них вот-вот повара поварят за мясом пошлют в погребок- то? Идем сейчас. – замах топором и дверь разлетается в щепки, некогда мне думать в какую сторону она открывается. Провожаю осколки взглядом, м-да, вниз бежать даже больше, чем вверх шли, ну, да, это – вниз. Рванул по винтовой, слегка придерживаясь за поручни.
– Стой, идиот, куда, там ловушки!
– Какие?- пытаюсь обернуться на ходу, но лестница узкая и поднять голову получиться только во-о-т на том повороте. Нет, не получится посмотреть, скрежет и сотрясение баллов, так, на 5-6 бешеной волной прокатившееся по всей длине лестницы, заставляет схватиться за поручень как можно крепче.
Не успеваю остановиться, только притормозить падение – вся эта каменная, казавшаяся непоколебимой, ступенчатая змеюка неожиданно судорожно пускает прибойную волну и становится абсолютно гладкой, щербатой по краям, лентой, стремительно вьющейся до самого дна.
Ни фига- се, американские горки- со всего маху поскальзываюсь и еду на копчике, набирая скорость как бешеный таракан, упавший в сковороду с постным маслом.
– А-а-а-а, чебурашка! – выронил, идиот. Этак я или размажусь на следующем повороте о стены или меня сорвет вниз по кратчайшему расстоянию до конечной придонной точки – омлет получится знатный, но, наверно, будет вонять.
Ужас скоростного спуска кончился, толком не начавшись – вопль- «Держись!» – и вторая волна камнетрясения, вернула, собственно, лестницу на место, прибольно звезданув ребром ступеньки по заднице и, что б мне не показалось, что я легко отделался, ближайшая стенка, воспылала ко мне стратью и до крови поцеловала в перекошеную рожу. Бамц. Сто-о-оп. Фу-х.
Как потом рассказывали ребята, Арани, крикнув, в полкасания перелетела через всю длину комнаты и, со всей силы, впечала ногой в один из камней, рядом с бывшей дверью, на уровне пояса. А потом ш-ш-шипя что-то типа «мурло деверянное», заскакала на оставшейся ножке по кругу, обнимая ушибленную конечность.
Я не видел, я скакал как сайгак, вниз и вниз. Мне было больно, страшно, муторно и зло. Судя по грохоту, разрыв между мной и более терпеливыми товарищами по войне, становился все солиднее. Зеркало слетело с руки – расстояние стало слишком большим. Или Щит увлекся процессом скоростного спуска. Не знаю. Не важно. Плохо то, что я опять остался с кулаками на перевес, мой топорик где-то на дне. Щит – вверху, отдышится, добежит – повесит на руку, если, конечно, не забудет про меня, бестолкового, в горячке боя.
Что там, на дне, я совершенно не представляю, но зато я очень хорошо представляю, как я буду рвать на волохатые кусочки этих недоношенных гурманов и топтать их грязными пятками, если они хоть царапину сделают на ком-нибудь из семьи.
Добежал, тормознул, как споткнулся – была тут пара гоблинов. Может их больше было, конечно, но остальные могли разбежаться, не поверили, что моя чебурашка последнее, что будет падать сверху.
Какое удачное у меня оружие, однако. Неожиданный подарок судьбы, как-то поднял настроение и я, для разнообразия подумав первый раз за последние час-полтора, решил подождать остальных.
На дурацкий вопрос «не вернулись ли ко мне магические силы ?» – это глядя на то, что осталось от пары гоблинов, смягчивших приземление моего топорика- я не ответил.
– Все в сборе?
-Ща, пару сек, вот, только мои легкие нас догонят, а так. я весь. Тут. – Щит никак не может отдышаться.
– Арани, тут лабиринты, на сколько я вижу. Ты можешь нас довести до наших?
– Я могу довести до камер, где содержаться будущие первые и вторые блюда – хмуро сказала кошка.
– Ну, там спросим. – некогда мне выяснять подробности, и все двинулись вслед за ней.